Третий день II Всероссийского фестиваля профессиональных театров «Гибрид» в Каменске-Уральском растянул театральную «географию» от ярмарочного балагана до космических высот. Три конкурсных спектакля, три разных сценических пространства и три повода поговорить о человеке и его месте в этом мире.
Островский в цирке: бывает ли свобода в браке?
Дневной показ в малом зале открыл Ирбитский драматический театр им. А.Н. Островского спектаклем «Рабство мужей». Режиссер Никита Петрищев взял для постановки не хрестоматийную пьесу, а переделку французского водевиля, осуществленную Александром Островским. По сюжету два приятеля спорят о браке: один убежден, что женитьба — это рабство, другой отстаивает ценности семьи. Спор обостряется, когда убежденный холостяк влюбляется, и друг решает «спасти» его от неминуемой, как ему кажется, кабалы.
Сценография аскетична: открытое пространство, в центре — палатка-шапито, которая трансформируется, служа и домом, и укрытием, и источником реквизита. Режиссер помещает действие в рамку бродячего цирка, и это решение полностью себя оправдывает. Спектакль родился из эскиза, созданного на лаборатории «Островский навсегда!» в 2023 году, и именно зрители тогда проголосовали за то, чтобы он вошел в репертуар театра. Критик Елена Ильина, наблюдавшая за рождением постановки, отметила, что за прошедшее время спектакль вырос и окреп: «Зрители получают удовольствие. Это часть такого беспримесного зрительского счастья, потому что это абсолютно чистый жанр».
Жюри единодушно отметило точность формы. Павел Руднев подчеркнул, что режиссер «идет по Мейерхольдовскому варианту: лишает эту историю быта». Это уже скорее «цирк, который дорос до лицедеев», существующий в строгой эстетике.
Есть и дополнительный сюжет, подмеченный Наталией Щербаковой: в бродячей труппе не хватает актрис, поэтому одна исполнительница вынуждена играть двух противоположных по характеру героинь. «То, как театральным людям приходится выкручиваться становится основной движущей силой спектакля», — отметила критик. В итоге «Рабство мужей» — это яркое ярмарочное представление, которое, по словам Елены Ильиной, «очень хорошо попадает в замысел фестиваля», доказывая, что спектакли могут быть разными — «это может быть уже не столько Островский, сколько Хармс, ну и прекрасно».
Страсти по ЕГЭ
Чуть позже зрителей пригласили в новое пространство — Мраморный зал театра, где Театр музыки, драмы и комедии из Новоуральска представил спектакль «Я — Таня Ларина». «Внеклассное сочинение в одном действии» по пьесе Анны Гейджан в постановке Александра Сысоева переносит героиню Пушкина в наши дни. Здесь Татьяна пишет не письма, а сообщения в чат, ее Онегин торгует подержанными книгами, а главный враг — ЕГЭ и младшая сестра.
Спектакль строится на монологах двух сестер, Тани и Оли, живущих на Камчатке в квартире, заставленной старой мебелью и ящиками с рассадой. Таня спорит с птичкой в клетке, назначая её воплощением Пушкина; пытаясь примирить классический сюжет со своей реальностью, а Оля ищет утешения в общении с голосовым помощником Алисой.
Постановка вызвала у критиков неоднозначную реакцию. Многие сошлись во мнении, что драматургический материал оказался слабее режиссерского и актерского воплощения. Елена Ильина категорично заявила: «Пьеса плохая, на мой взгляд. Нет конфликта. Всё на поверхности… Здесь буря в стакане воды»". Галина Брандт увидела «вторичность» и призналась, что «расстроила декорация», но при этом «на протяжении спектакля актриса Анастасия Панишева меня взяла — режиссёр с ней хорошо поработал». Наталья Киселёва напомнила, что «пьесы о подростках не могут быть идеальными», а интерес спектакля — «в осознании, как классика, которую нас заставляют учить, меняется при чтении».
Павел Руднев предложил рассматривать текст как «анатомию подростка»: «Пьеса написана так, чтобы подчеркнуть повседневность, бессобытийность юношеского мира. У них потерян навык коммуникации».
В целом «Я — Таня Ларина» — это честная попытка диалога с классикой на языке современных школьников, где вечный вопрос «Любовь или?..» упирается в такое прозаичное, но от этого не менее важное «ЕГЭ».
Вселенная в одной палате
Завершился третий день на большой сцене фантазией «Записки сумасшедшего» от Молодёжного театра «Ангажемент» им. В.С. Загоруйко из Тюмени. Фактически это моноспектакль. Роль главного героя — гоголевского Аксентия Поприщина — исполняет актриса Екатерина Зорина.
В больнично‑похожей комнатке живёт Аксентий Поприщин — мелкий чиновник, который создаёт пластилиново‑проволочные миры, всё время что-то себе беспокойно думает-придумывает, и вдохновлённо обращается к возникающим в голове миражам. Режиссер Ринат Кияков вплетает в гоголевский текст цитаты из трудов Константина Циолковского и реальные голоса людей, расширяя историю маленького человека до масштабов вселенной.
Критики были очарованы и режиссерским решением, и актерской работой. Галина Брандт отметила, что перед нами «совершенно новый образ, который постоянно развивается. Не вот этот больной и спокойный человек, а человек, полный жизни и удивительной фантазии».
Спектакль поднимает множество тем. Пластилин и проволока становятся проводниками в космос и человеческое бессознательное. Наталья Киселёва отмечает: «…детскость героя — это незащищенность. И здесь, конечно, понятно, что единственное, что от ужаса мира нас может спасти, — это фантазия». Но где та тонкая грань, за которой фантазия становится безумием? И кто решает, что есть норма? Павел Руднев развил эту мысль, указав, что социальная тема давления уступает место «более важной, космической теме».
Объявляя себя королем Испании, Поприщин в исполнении Зориной обретает право голоса. «Пока я придаток системы, чиновник, я должен молчать. Сумасшедший же может говорить что угодно», — подчеркнул Руднев. Это превращает героя в юродивого, несущего миру правду. Финал спектакля, по мнению критика, становится точнее гоголевского и оставляет зрителя с пронзительным «чувством отчаяния, потому что человек никогда не будет, к сожалению, в центре вселенной».
Этот мощный, визуально насыщенный и глубокий спектакль, стал хорошим завершением насыщенной конкурсной программы третьего фестивального дня.
